Тема
Специальности
Как была организована работа и какие задачи выполнял человек.
«Триста девять решений»
Людмила Павличенко
Киевская студентка-историк, чей снайперский счёт не превзошла ни одна женщина в военной истории. Как строилась её работа под Одессой и Севастополем, что прозвучало в Чикаго в 1942-м и почему после фронта она выбрала учить, а не стрелять.
«Голос в мёртвом городе»
Связисты штурма Грозного
Зимой 1994–1995 года в Грозном радиосвязь решала, выйдет ли колонна из окружения. Очерк о связистах городских боёв: как работал эфир в городе, который глушил всё, и почему связь замечают, только когда она пропадает.
«Всё для фронта»
Волонтёры и «народный тыл»
За линией фронта работает армия, которой не выдавали оружия, — миллионы людей в тылу. Миллионы людей, которые никогда не держали в руках оружия, стали частью военной машины. Они плетут маскировочные сети, шьют одежду, варят сухие супы, делают окопные свечи, собирают деньги на дроны и машины,
«Кочующие брони»
Танкисты
Танковые клинья, взламывающие оборону лобовым ударом, ушли вместе с прошлой эпохой войн. Сплошная линия фронта, дроны-камикадзе, высокоточная артиллерия — всё это превратило танк из «бога войны» в уязвимую мишень. Но танк не исчез с поля боя — он трансформировался.
«Охота на «птичек»»
Снайперы
В прицеле снайпера всё чаще не человек, а маленькая точка в небе, несущая смерть. Беспилотники стали главным оружием и главной угрозой современной войны. И охоту на них ведут не только средства ПВО и
«Пехота нового времени»
Штурмовики и мотострелки
Плотные цепи за танками — тактика, которую отменили дроны. Сплошная линия фронта уступила место «серой зоне», где каждый метр простреливается дронами, а крупное скопление техники — верная смерть от высокоточного оружия. Но пехота остаётся главной си
«Железные солдаты»
Роботизация и наземные дроны
Самые опасные рейсы на передовой всё чаще выполняют не люди, а «железные солдаты». Беспилотные наземные платформы, управляемые дистанционно, взяли на себя самые опасные задачи на передовой. Реальный бой XXI
«Возвращение, которого нет»
Психологическая реабилитация
Война не заканчивается, когда стихают выстрелы. Для многих она продолжается внутри — в голове, в теле, в каждом шорохе за спиной. Боец возвращается домой. Он переступает порог своей квартиры, обнимает жену, видит детей. Он физически здесь — но психологически его всё ещё нет. Он остался там, за линие
«Голос из дома»
Полевая почта и «треугольники» СВО
Между обстрелами наступает тишина — и в ней у бойца остаётся только сложенный треугольником листок. В этой тишине боец достаёт из кармана сложенный треугольником листок бумаги. Он перечитывает его снова и снова. Там — голос из дома. Голос жены, матери, ребёнка. Там — мирная жизнь, кот
«На крови и подручных средствах»
Окопная медицина и «аптечка выживания»
У войны есть счёт, который ведут не в сводках, а в минутах: сколько осталось до того, как раненый истечёт кровью. Там, на передовой, после того как стихает стрельба или даже под её звуки, начинается другая битва — за жизнь раненого. И в этой битве главное оружие — не автомат, а жгут, бинт и гемостатик. Окопная медицина — это не госпитал
«Управление в реальном времени»
Командиры нового типа
Классический образ командира — офицер, поднимающий роту и идущий впереди с автоматом, — остался в прошлой войне. Сплошная линия фронта уступила место «серой зоне», где крупное скопление войск — смертный приговор. Массированные атаки ушли в прошлое, а вместе с ними — и классический образ ко
«Спасти любой ценой»
Военные медики и санинструкторы в Афганистане
Горы, жара, пыль и бесконечные зелёные долины, где в любой момент могла сверкнуть выстрел. Афганистан стал для советских медиков не просто местом службы — он стал испытанием, которое изменило их навсегда. За девять лет войны через руки военных врачей, фельдшеров, медсестёр и санинструкторов прошли д