С 2022 года
С 2022 года
Очерки о работе операторов БПЛА, связистов, инженеров, медиков и подразделений радиоэлектронной борьбы с 2022 года. Раздел не является новостной лентой и посвящён подготовленным материалам о конкретных специальностях, технологиях и эпизодах.

«Метр за метром»
Сапёры гуманитарного разминирования
Мины, неразорвавшиеся снаряды и «сюрпризы» в подвалах остаются в земле дольше, чем идут бои. Как устроена очистка освобождённых территорий: разметка, щуп, собака, робот с тралом — и почему участок считается сданным только после контрольной проверки.

«Пока её чинят»
Рембат: эвакуация и ремонт техники
Зацепить трос под дронами, вытащить в темноте, к утру поставить новый двигатель под тентом. Как устроены эвакуация и полевой ремонт техники и почему у этой службы простая логика: техника воюет ровно столько, сколько её успевают чинить.

«Выстрелил и уехал»
Артиллеристы: работа расчёта
Заявка приходит с беспилотника, вычислитель считает установки, расчёт ставит орудие — и уходит, потому что позиция, с которой стреляли дважды, считается использованной. Как устроена работа артиллерийского расчёта и почему в контрбатарейной дуэли выигрывает не сила, а скорость.

«Всё для фронта»
Волонтёры и «народный тыл»
За линией фронта работает армия, которой не выдавали оружия, — миллионы людей в тылу. Миллионы людей, которые никогда не держали в руках оружия, стали частью военной машины. Они плетут маскировочные сети, шьют одежду, варят сухие супы, делают окопные свечи, собирают деньги на дроны и машины,

«Чужое оружие — наша победа»
Трофеи и «оружейный музей» на передовой
У каждого отступления противника есть материальный след — брошенное оружие, техника, документы. То, что остаётся после врага, когда он бежит, бросая оружие, технику, документы, личные вещи. Для бойцов на передовой трофей — это не просто добыча. Это доказательство того, что враг слабее, что он отступает, что победа близка. Это — ма

«Кочующие брони»
Танкисты
Танковые клинья, взламывающие оборону лобовым ударом, ушли вместе с прошлой эпохой войн. Сплошная линия фронта, дроны-камикадзе, высокоточная артиллерия — всё это превратило танк из «бога войны» в уязвимую мишень. Но танк не исчез с поля боя — он трансформировался.

«Охота на «птичек»»
Снайперы
В прицеле снайпера всё чаще не человек, а маленькая точка в небе, несущая смерть. Беспилотники стали главным оружием и главной угрозой современной войны. И охоту на них ведут не только средства ПВО и

«Пехота нового времени»
Штурмовики и мотострелки
Плотные цепи за танками — тактика, которую отменили дроны. Сплошная линия фронта уступила место «серой зоне», где каждый метр простреливается дронами, а крупное скопление техники — верная смерть от высокоточного оружия. Но пехота остаётся главной си

«Железные солдаты»
Роботизация и наземные дроны
Самые опасные рейсы на передовой всё чаще выполняют не люди, а «железные солдаты». Беспилотные наземные платформы, управляемые дистанционно, взяли на себя самые опасные задачи на передовой. Реальный бой XXI

«Возвращение, которого нет»
Психологическая реабилитация
Война не заканчивается, когда стихают выстрелы. Для многих она продолжается внутри — в голове, в теле, в каждом шорохе за спиной. Боец возвращается домой. Он переступает порог своей квартиры, обнимает жену, видит детей. Он физически здесь — но психологически его всё ещё нет. Он остался там, за линие

«Голос из дома»
Полевая почта и «треугольники» СВО
Между обстрелами наступает тишина — и в ней у бойца остаётся только сложенный треугольником листок. В этой тишине боец достаёт из кармана сложенный треугольником листок бумаги. Он перечитывает его снова и снова. Там — голос из дома. Голос жены, матери, ребёнка. Там — мирная жизнь, кот

«На крови и подручных средствах»
Окопная медицина и «аптечка выживания»
У войны есть счёт, который ведут не в сводках, а в минутах: сколько осталось до того, как раненый истечёт кровью. Там, на передовой, после того как стихает стрельба или даже под её звуки, начинается другая битва — за жизнь раненого. И в этой битве главное оружие — не автомат, а жгут, бинт и гемостатик. Окопная медицина — это не госпитал
