Ремонтники бронетехники

В годы Великой Отечественной войны ремонтные подразделения входили в состав танковых армий и корпусов. Основные специалисты:

Работали в полевых ремонтных мастерских — подвижных базах на шасси грузовиков (типа ПМ-ЗИС-5, ПМ-Ф-5) или в железнодорожных вагонах-мастерских. Ближе к фронту организовывали летучие ремонтные группы из 3–5 человек, которые выезжали прямо к повреждённой машине под огнём.

Типовая ПРМ на базе ЗИС-5 или американского «Студебекера» представляла собой фургон, разделённый на отсеки:

В полк входили также эвакуационные тягачи с лебёдками и платформами. Тяжелораненые танки тащили в тыл, иногда за 20–30 км, чтобы отремонтировать вне зоны досягаемости артиллерии.

Ремонтники работали в адских условиях. Грязь, холод, недосып, постоянная угроза налёта. Но мысли у них были такие же, как у всех фронтовиков: о доме, о семье, о мирной жизни. Вот несколько подлинных голосов.

Другой слесарь, сержант П. Кабанов, писал жене (письмо сохранено в архиве):

*«Маруся, вчера меняли мотор в Т-34. Снимали через люк, тросом, шестеро мужиков упирались. Двигатель тяжелый, как наша корова Зорька. Вспомнил, как мы с тобой сено возили — тоже тяжело, но дома. Тут же вокруг рвется, а мы пыхтим. Собрали — завелся! Мужики заорали «ура!». А мне вдруг до слез захотелось не «ура» кричать, а сесть с тобой за стол, хлеба с молоком... Починю еще два танка и, глядишь, скоро встретимся. Береги детей.»*

И одна из самых пронзительных — от молодого сварщика, который после боя залез в подбитый танк:

В полевых ремонтных частях особенно ценились:

В полевых условиях часто не хватало запчастей. Тогда шли на хитрости:

Сварочные аппараты питались от полевых генераторов или прямо от работающего двигателя другого танка (через преобразователь). Сварка велась электродами «ОЗБ-2» или «УОНИ-13», которые берегли как зеницу ока.

Статистика говорит сама за себя: в годы войны советские ремонтники вернули в строй более 430 тысяч танков и САУ. Каждый танк, восстановленный в поле, стоил дешевле нового в 5–6 раз, а главное — он возвращался на фронт за дни, а не за месяцы. Без ремонтников танковые армии превратились бы в груды металла после двух-трёх атак.

Но важнее цифр — человеческий фактор. Экипажи смотрели на ремонтников, как на богов. Когда теряли машину, часто оставались при ней, чтобы помочь починить. Возникало боевое братство: «это мой танк, я на нём воевал, я его сам и вылечу».

И среди всей этой стали, масла, огня сварки и мата ремонтники тоже искали тепло. Они писали письма домой, где не было ни слова о пробоинах — только о том, как растут дети и пахнет свежескошенная трава.

Так «полевые госпитали для машин» лечили не только железо, но и души — своей упорной работой они возвращали надежду на победу, а себе — на возвращение домой.