Сапёры минной войны

В прежних войнах сапёр делал проход через минное поле перед атакой: задача разовая, привязанная к бою. В Афганистане у сапёров появилась работа другого рода — ежедневная. Минировали не поля, а дороги: те самые несколько сотен километров трасс, по которым шло всё снабжение.

Отсюда странность этой службы: проверенный вчера участок сегодня приходилось проверять заново. Ночью на дороге могло появиться то, чего не было вечером, и никакая вчерашняя работа не давала гарантии. Сапёр здесь не расчищал местность раз и навсегда — он каждое утро заново открывал движение.

Противник ставил и промышленные мины, и самодельные фугасы. Первые обнаруживались миноискателем; вторые часто делались в неметаллическом корпусе, с зарядом из авиабомбы или снаряда, и электроника их не видела. Приходилось работать по признакам: свежий грунт, нарушенная колея, проводка, уходящая в сторону от полотна, камни, лежащие слишком аккуратно.

Излюбленными местами были одни и те же элементы дороги — водопропускные трубы, крутые повороты, участки у скал, где машина обязана сбросить скорость. Сапёры знали эти точки наизусть и проверяли их каждый раз, как в первый. Из этого повторения и складывалась профессия: не героический разовый выход, а дисциплина ежедневного осмотра.

Против самодельных фугасов без металла лучшим средством оказалась минно-розыскная собака. Она реагирует на запах взрывчатого вещества, а не на металл, и там, где миноискатель молчит, собака садится у обочины. Работали короткими сессиями: чутьё притупляется от жары и усталости, и загнанная собака становится опаснее отсутствия собаки — на неё продолжают надеяться.

Отношения в паре «кинолог — собака» на этой службе описывают одинаково: полная взаимная зависимость. Человек ведёт, собака ищет, и оба знают цену ошибки. Именно эти расчёты чаще всего шли впереди всей колонны — раньше трала и раньше техники.

Набор был прост и почти не изменился со времён прежних войн: миноискатель, щуп, кошка с верёвкой для стаскивания подозрительных предметов с безопасного расстояния, накладные заряды для уничтожения находок. Технику усиливали минными тралами и мешками с песком на днище, а машины в колоннах шли с увеличенной дистанцией — чтобы подрыв одной не задевал соседние.

Минная война не даёт статистики, которую можно привести без оговорок: оценки числа установленных зарядов и потерь на дорогах в открытых источниках расходятся, и мы их не приводим. Но структура той войны без этой службы не работает: колонны, вертолётные площадки, заставы — всё держалось на том, что кто-то утром прошёл дорогу пешком.

Профессия сапёра в Афганистане стала будничной и от этого не менее опасной. Её результат — не разминированное поле, а обычный день, в который машины дошли до места. И лучшая оценка работы, которую сапёры давали друг другу, звучала совсем не героически: сегодня было скучно.