Военные операторы звукометрических станций

Принцип звукометрии придумали ещё в Первую мировую. Выстрел орудия рождает мощную звуковую волну. Она доходит до микрофонов, расставленных в разных точках, в разное время, и по этой разнице компьютер вычисляет, откуда стреляли. Раньше то же самое считали вручную, по записям на ленте. В американской армии того времени, по данным её военного музея, звукометрическая секция состояла из лейтенанта, сержанта и 39 рядовых: наблюдатели на передовой отмечали выстрел, а время прихода звука на микрофоны за линией фронта фиксировал самописец.

Главное преимущество этого способа — тишина. Большинство систем контрбатарейной разведки в мире построены на радиолокации, и, как отмечала «Российская газета», они не только находят вражеские батареи, но и выдают себя, как только включают собственный радар. Звукометрический комплекс работает пассивно: он ничего не излучает в радиодиапазоне. Его нельзя найти радиотехнической разведкой и нельзя заглушить средствами радиоэлектронной борьбы — а на нынешней войне, где помехи глушат и радары, и дроны, это решающее свойство.

Самый известный российский комплекс такого рода — «Пенициллин» разработки НИИ «Вектор». Это не чистая звукометрия, а звукотепловая разведка: кроме звука выстрела комплекс фиксирует тепловую вспышку. По данным «РГ», на стабилизированной платформе стоят шесть телевизионных и шесть тепловизионных камер. Координаты орудия противника определяются не более чем за пять секунд. Комплекс принимает и обрабатывает информацию не только от вспышек выстрелов и разрывов, но и от летящих снарядов, мин и ракет.

Комплекс состоит из звукометрической станции на шасси КамАЗ-5350 и теплопеленгаторного поста на КамАЗ-4310. Развёртывание занимает не больше десяти минут, расчёт — шесть человек. «Пенициллин» способен сопровождать до шести целей одновременно, обнаруживает орудия калибра 120 миллиметров и больше на дальности до 40 километров и определяет их координаты с точностью до 35 метров по дальности. Ещё весной 2023 года сообщалось, что число таких комплексов в зоне СВО планируют значительно увеличить.

Компьютер считает координаты, но решение о том, что именно услышано, по-прежнему принимают люди. Командир отделения «Пенициллина» описал корреспонденту «Российской газеты» работу расчёта так.

Рядом с «Пенициллином» в войсках работает звукометрический комплекс АЗК-7М. У классической звукометрии есть неудобная особенность: чтобы точно определить направление на источник звука, микрофоны нужно разнести на 100–300 метров друг от друга. Это значит, что при развёртывании расчёту приходится долго тянуть провода по позициям.

Разработчики новых систем обращают внимание и на другие слабые места старых комплексов. По их словам, которые приводили «Известия», крупная техника на шасси КамАЗа или «Урала» вблизи линии соприкосновения быстро становится целью, а сами комплексы требуют многочисленного расчёта. Для звукометриста это означает простую вещь: позицию приходится выбирать так, чтобы и слышать далеко, и не стать мишенью для тех, кого слушаешь.

Летом 2026 года «Российская газета» рассказала о новой системе акустической разведки «Заваруха» разработки НПО «Альфа». Её микрофонная решётка не превышает одного метра — против привычных 100–300 метров. Разработчики называют это преодолением физики. Внутри — чувствительные микрофоны, блок передачи данных и микрокомпьютер со специальными алгоритмами.

Систему разворачивает один боец за 15 минут, после минимального инструктажа. Встроенный аккумулятор позволяет работать до пяти суток без подзарядки. Дальность обнаружения — до 27 километров. На дистанции до 12 километров погрешность составляет около 150 метров, на дальности свыше 20 километров — до 400 метров. Как и старшие комплексы, «Заваруха» ничего не излучает.

По данным «РГ», система прошла боевую апробацию и применяется в ДНР, ЛНР, Запорожской, Белгородской и Брянской областях. «Известия» со ссылкой на разработчиков писали, что с её помощью уже вскрыты позиции противника, в том числе польских самоходных гаубиц Krab и французских Caesar. По заявлению разработчиков, комплекс в 60 раз дешевле «Пенициллина» и АЗК-7М, поэтому его можно передавать прямо в роты и батареи.

В этом, по мнению «РГ», и состоит главный сдвиг. «Пенициллинов» из-за стоимости и штучного производства не хватит на каждый батальон, а потеря такого комплекса — серьёзный урон. «Заваруха» собрана из доступных деталей, её можно выпускать на небольших предприятиях электроники, и потеря одной системы под ответным огнём экономически почти ничего не значит. Звукометрия из штучного ремесла специалистов при штабе превращается в инструмент, который есть у роты.

Точности в 150 метров недостаточно, чтобы сразу открывать огонь вслепую. Но звукометрия сегодня работает в связке с беспилотниками. Система вскрывает квадрат, туда отправляется FPV-дрон или разведывательный БПЛА «Орлан», который уточняет цель и наводит огонь. Это экономит снаряды, которые раньше тратились на пристрелку. Счёт идёт на минуты: по оценке «РГ», у контрбатарейщиков есть две-три минуты, пока орудие противника не сменило позицию.

Так же устроена работа и в других частях. В апреле 2025 года Минобороны рассказало, что артиллеристы самоходного полка Кантемировской дивизии группировки «Запад» освоили новое звукометрическое устройство. Оно анализирует звуковые волны от выстрелов гаубиц и миномётов на расстоянии до 15 километров и выдаёт координаты с точностью 100–150 метров. Данные сначала получают расчёты БПЛА, и только после подтверждения цели они уходят артиллеристам. В Минобороны подытожили, что такой метод контрбатарейной борьбы отличается скоростью и эффективностью.

Поле боя никогда не бывает тихим. Рвутся снаряды, работают двигатели, гудят дроны, ветер уносит и искажает звук. Создателям «Пенициллина», по словам «РГ», пришлось строить сложные алгоритмы, чтобы выделить из этой какофонии именно выстрел, — примерно так, как человеческий мозг выделяет нужный голос в шумной комнате.

Микрофоны за сто лет стали чувствительнее, станции — компактнее, ленты с самописцами сменились компьютерами. Но сама работа звукометриста не изменилась. Услышать один нужный звук среди сотни лишних, понять, что это было, и успеть передать координаты, пока чужое орудие ещё стоит на месте.