«Ангелы передовой»
Санитары и носильщики раненых
Атака захлебнулась, или, наоборот, удалась. Но поле боя всё ещё дышит огнём и металлом. Между разбитыми танками, в воронках, под проволокой остаются раненые. Они кричат, стонут, молчат, теряя сознание. И к ним, через огонь и свинец, ползут они — санитары и носильщики. Без оружия, часто без касок, с сумкой, полной бинтов и жгутов, с плащ-палаткой для волочения. Их называют «ангелами передовой», хотя они сами — смертные люди, такие же молодые парни и девушки. Они не убивают, они спасают. Каждый вытащенный боец — это чья-то жизнь, чья-то мать, чья-то невеста. Но и сами санитары, перевязывая чужие раны, вдруг вспоминают свой дом, свой огород, свою родную кровать. И плачут, стиснув зубы, чтобы раненый не увидел их слёз.
Содержание (7)
Кто такие санитары и носильщики на войне
В годы Великой Отечественной войны санитарная служба Красной армии включала несколько уровней:
- Санитар-носильщик (боец санитарного взвода полка)
- вытаскивает раненых с поля боя, оказывает первую помощь, эвакуирует в батальонный медпункт (БМП).
- Санинструктор роты
- обычно девушка или медсестра с курсов, имеет звание старшины или сержанта. Она идёт в атаку вместе с ротой, перевязывает на месте, останавливает кровотечения, делает уколы промедола.
- Военфельдшер
- средний медицинский персонал на полковых и дивизионных медсанбатах.
- Врач-хирург
- уже в госпиталях, но туда раненых доставляют носильщики.
Основная тяжесть по спасению падает на санитаров-носильщиков и санинструкторов. Их норма — вытащить до 15–20 раненых за один бой. При этом сами они часто гибнут чаще, чем обычные стрелки, потому что идут без прикрытия, а немцы специально бьют по санитарам (красный крест на повязке — отличная мишень).
- обнаружение и первая помощьСанитар ползком или перебежками добирается до раненого. Определяет характер ранения: если артерия — жгут выше раны, если осколок в груди — герметизирующая повязка, если перелом — шина из подручных средств (ветки, доски, винтовка). Вводит обезболивающее (шприц-тюбик с промедолом). Поит водой из фляги. Затем — главное: перетащить раненого в укрытие.
- вынос с поляСамый опасный и тяжёлый. Способы:
- Волоком на плащ-палатке
- один санитар тянет раненого за лямки, привязанные к палатке. Идёт низко, почти ползком.
- На руках
- если раненый лёгкий (до 60–70 кг), санитар может подхватить его и бежать вприсядку.
- На спине (замок)
- руки раненого скрещивают на груди санитара, и тот несёт его внаклонку.
- Носилки (стандартные или импровизированные)
- из двух жердей и плащ-палатки. Требуют двух носильщиков, но это быстрее.
Как организована эвакуация с поля боя
Санитары работают парами: один тянет, второй прикрывает или помогает. На короткие дистанции (до 500 м) выносят к укрытию — к блиндажу, воронке, разрушенному дому. Там делают повторную перевязку и ждут санитарный транспорт (повозки, санитарные автомобили, авиацию).
- эвакуация в медсанбатРаненых грузят на телеги (обычные крестьянские подводы с сеном), на санитарные ЗИС-5 (покрашенные белым с красным крестом), на дрезины или на самолёты У-2 (санитарная авиация). В дороге санитар сопровождает раненого, следит за повязкой, даёт пить, успокаивает. Часто эвакуация занимает часы, а то и сутки — и всё это время санитар рядом.
- передача в руки хирургаВ медсанбате раненого осматривают, сортируют: кого на операцию срочно, кого в терапевтическое отделение. Санитар помогает перенести на операционный стол, заполняет первичную карточку. И тут же — снова на передовую, потому что там ждут новые раненые.
Санинструкторы — девушки на войне
Особая роль у женщин-санинструкторов. Они не просто перевязывают — они морально поддерживают бойцов. Солдаты часто называют их «сестричка» или «мама». Эти девушки сами под пули лезут, чтобы перетянуть кровь, и при этом умудряются сказать тёплое слово. Но сами они — совсем ещё дети, мечтающие о доме.
Другая история от санитарки, выносившей раненых под Сталинградом:
«Бегу за танками. Вокруг рвутся снаряды. Кричит раненый: «Сестра, помоги!» Я к нему, перевязываю, он хрипит: «Скажи маме, что я...» и затихает. А у меня руки трясутся, и я шепчу: «Я скажу, родной, я скажу». А сама думаю: у меня мама в блокаде. Если я погибну, кто ей скажет, что я её люблю? Но я не могу плакать. Раненый видит — значит, я слабая. Держусь.»
«Мне 19 лет. Я тащу сержанта с оторванной ногой. Он огромный, тяжелый. Я ползу, плащ-палатка рвётся. А он стонет: «Доченька, не бросай, я сына хочу увидеть». Я ему: «Я вытащу, ты увидишь». А сама думаю: «А я хочу увидеть свою комнату, свои книги». Мы доползли до воронки. Я перебинтовала его, дала воды. И тут рядом разрыв. Сержант закрыл меня своим телом. Осколки — в него, он уже мёртв. А я жива. Я сидела и плакала, не от боли, а от того, что он меня спас, а сына не увидит.»
Психологическая цена профессии
Санитары видят больше смерти и страданий, чем кто-либо. Они трогают чужие тела, вдыхают запах крови и гангрены. Чтобы не сойти с ума, они отгораживаются — шутками, цинизмом или, наоборот, тихой молитвой. Но тоска по дому — она всегда с ними, особенно ночью, когда на короткий час можно прилечь.
А вот строки из письма молодого санитара, который вынес за два дня 32 человека:
«Несу его на плащ-палатке. Тяжелый, теплый, стонет. Думаю: сейчас бы в госпиталь, в чистое белье... Вспомнил, как жену в церковь на руках вносил — так же ныла спина. Только тогда был счастлив, а сейчас — грязь и слезы. Домой бы... Хоть во сне.»
«Мама, я больше не могу смотреть на эти раны. Вчера у меня на руках умер лейтенант. Он спросил: «Как там, в тылу, сейчас весна?» Я соврал: «Да, черемуха цветёт». На самом деле кругом гарь и грязь. Мама, напиши мне, что там у вас в саду цветёт. Я хочу забыть этот запах смерти и вспомнить запах яблонь.»
- Санитар-носильщик
- физически крепкий, чаще мужчина, но были и девушки-силачки.
- Санинструктор роты
- дипломированная медсестра, умела делать инъекции, накладывать шины, останавливать кровотечения.
- Медицинский регистратор-эвакуатор
- работал на сортировочном пункте, заполнял карточки, направлял раненых по очереди.
- Санитар-дезинфектор
- обрабатывал одежду, инструменты, боролся с вшами и инфекциями.
- Санитар-авиамеханик (для санитарной авиации)
- помогал грузить раненых в самолёты.
- Водитель санитарного автомобиля
- особая категория, должна была вести машину плавно, чтобы не трясти раненых.
Техническое оснащение санитарной службы
Стандартный сансумка СМС (сумка медицинская санитарная) содержала:
- Бинты (стерильные и нестерильные) разных размеров,
- Жгуты резиновые (для остановки артериального кровотечения),
- Индивидуальные перевязочные пакеты,
- Шины Крамера (проволочные) для фиксации конечностей,
- Ножницы, пинцеты, скальпель,
- Ампулы с промедолом, камфарой, кофеином,
- Спирт, йод, стрептоцид (антисептики),
- Шприцы и иглы (многоразовые, кипятили в котелке).
Носилки — санитарные, складные, брезентовые с деревянными перекладинами. Но часто их не хватало, и делали самодельные: две жерди, между ними плащ-палатка или шинель, прошитая верёвками.
Средства эвакуации: телеги-«летучки», санитарные автомобили (ЗИС-5, ГАЗ-АА, американские «Доджи»), дрезины на узкоколейках, лодки и понтоны на переправах. Зимой использовали сани-розвальни.
Значение санитаров для победы и людской памяти
Без санитаров потери были бы в разы выше. За годы войны медицинская служба вернула в строй более 70% раненых — это около 17 миллионов человек. Каждый третий спасённый обязан санитару, вытащившему его с поля под пулями. Статистика сурова: на фронте погиб каждый четвёртый медицинский работник. Они не строили оборону, не вели огонь, но их смертность была выше, чем у пехоты, потому что они всегда шли первыми за ранеными.
Но главное — они сохраняли человечность. Когда всё вокруг рушилось, они давали бойцу надежду: «Я вытащу тебя, ты ещё увидишь дом». И раненый верил, потому что видел глаза санитара — глаза, которые тоже хотели домой, но оставались здесь, чтобы спасать.
«После боя я сидел у блиндажа. Курил. Меня окликнул раненый, которого я вынес: «Санитар, как тебя зовут?» Я назвался. Он сказал: «Я буду жить. И назову сына твоим именем». Я улыбнулся. Не знаю, выжил ли он. Но я записал его фамилию. И теперь, когда мне очень плохо, я вспоминаю его слова. Если я могу дать ему жизнь, значит, я живу не зря. И когда война кончится, я вернусь и буду садом заниматься, как мой отец. А пока — надо ползти, тащить, спасать.»
Востребованные специальности в санитарной службе
Так «ангелы передовой» несли на себе не только раненых, но и всю тяжесть войны. Они были самой светлой частью самой тёмной поры. И их тоска по дому сливалась с тоской всех, кого они спасали, в одну общую молитву о возвращении.
Поделиться
Читать далее
ВОВ
«Нить в тылу врага»
Партизанские связные и подпольщики
За линией фронта, на оккупированной земле, война выглядит иначе. Нет траншей и артиллерийских дуэлей. Есть тишина, прерываемая шагами патрулей, стуком сапог гестапо, лаем овчарок. И есть люди — партизаны и подпольщики, которые продолжают сражаться в этом вражеском море. Они взрывают эшелоны, печатаю
Читать дальше
Похожие истории
«Мост вровень с водой»
Понтонёры и мостовики
Самым массовым мостом той войны был не понтонный, а деревянный низководный — около 85% общей протяжённости всего построенного. Как наводили переправы под огнём, почему хороший берег важнее короткого расстояния и чем работа понтонёра измеряется на самом деле.
«Концерт в трёх километрах от передовой»
Фронтовые артистические бригады
3 685 бригад, 42 тысячи артистов, больше полумиллиона выступлений. Как была устроена работа фронтовых концертных бригад, почему на передовой просили не марши, а «Синий платочек», и что было труднее всего выдержать в этой профессии.
«Кадр под огнём»
Военные фотокорреспонденты
Плёнку берегли как патроны в окружении: переснять то, что произошло, второй раз нельзя. Как была устроена работа фронтового фотографа — от отогретой под шинелью камеры до отпечатка на газетной полосе, который мог оказаться совсем не тем кадром.