Оружейные мастера

Ремонтные подразделения восстанавливают не только танки и бронемашины. Через их цеха проходят артиллерийские орудия, миномёты, пулемёты и автоматы. Как рассказывали в Минобороны в августе 2024 года, в ремонтном подразделении армейского корпуса группировки «Восток» служат мастера оружейного дела, сварщики, электрики и механики, а цеха полевого пункта ремонта оборудованы всем необходимым.

Специалист по ремонту вооружения боевых машин и стрелкового оружия с позывным «Сахалинец» в гражданской жизни был автомехаником. Свою нынешнюю работу он описывает просто: всё разбирается, всё снимается, чинится, есть запчасти. Главная беда — осколки.

Отремонтированное оружие не уходит на передовую сразу. По словам «Сахалинца», после ремонта мастера обязательно едут на полигон: пристреливают, проверяют, ищут недостатки. Если что-то не так, исправляют и только после этого отправляют оружие в подразделения.

Это и есть главное отличие военного оружейника от гражданского мастера. Ему мало, чтобы механизм работал на верстаке. Ему нужно быть уверенным, что автомат выстрелит в грязи, на морозе и после сотен выстрелов подряд — потому что проверять это будет уже не он.

Старший прапорщик Сергей Пархоменко, о котором писала газета Центрального военного округа «Уральские военные вести», родом из небольшого города в Новосибирской области. В детстве он вместе с отцом Юрием чинил старый мотоцикл, на котором семья возила корм для хозяйства. После школы попал в танковые войска, потом окончил школу прапорщиков и стал техником батальона, позже командовал артиллерийским взводом батальона обеспечения учебного процесса.

В 2009 году его уволили по сокращению штатов, но позже он вернулся в армию — уже в ремонтно-восстановительный батальон, и занялся ремонтом вооружения. Участвовал в армейском конкурсе «Мастер-оружейник»: на первых соревнованиях его команда стала шестой из восьми, а позже выступала за Центральный военный округ на уровне всех Вооружённых сил, а в Сирии его взвод ремонтировал технику миротворческих подразделений.

С началом спецоперации Пархоменко работал в основном в тыловых районах, но иногда выезжал ближе к передовой. Однажды в десяти километрах от линии соприкосновения он заменил ствол буксируемой гаубицы Д-30 — деталь весом около трёх тонн.

В 2024 году он вошёл в ремонтно-эвакуационную группу штурмового полка группировки «Центр». Группа вытаскивала с позиций подбитую технику: годную отдавали ремонтникам, негодную разбирали на запчасти. По его словам, так эвакуировали больше двадцати пяти единиц техники. Пархоменко был дважды ранен, а теперь командует взводом наземных робототехнических комплексов. Дома его ждут жена Ольга, дочь Варвара и сын Никита; о жене он говорит, что очень ею гордится — в его отсутствие она достойно воспитывает детей.

В ремонтном батальоне «Оскол», как писала «Российская газета», есть специальный отряд, который восстанавливает и дорабатывает стрелковое оружие — пистолеты, автоматы, пулемёты, гранатомёты, зенитные установки. Руководит им опытный оружейник с позывным «Бабай». Больше всего, вспоминал он, пришлось помучиться с зенитной установкой ЗУ-23: устройство сложное, и как правильно наладить её работу, ему снилось ночами.

Оружейники «Оскола» не только чинят, но и улучшают. Они разработали несколько компонентов для крупнокалиберных пулемётов «Утёс» и ДШК, которые уменьшают отдачу и улучшают кучность, а при необходимости позволяют установить на пулемёт снайперский прицел. Ещё одна их разработка — насадка на автомат Калашникова, которую поставили на поток: она позволяет забросить ручную гранату РГД-5 метров на сто, точно в окоп или в окно.

Новая задача оружейников — защита от беспилотников. Весной 2026 года в Минобороны рассказали, что инженеры одного из ремонтных подразделений начали выпускать турели для мобильных огневых групп и пунктов воздушного наблюдения. На одну установку ставят три пулемёта Калашникова калибра 7,62 мм с общим боезапасом до трёх тысяч патронов. Прицельная дальность — до полутора километров, но по низколетящим дронам эффективнее всего стрелять на 800–1000 метров. Три ствола вместе дают почти две тысячи выстрелов в минуту. Турель можно поставить и на автомобиль, а даже небольшая спаренная установка превращает обычную машину в средство ближней противовоздушной обороны.

У ремонтников своя скорость. Командир батальона «Оскол» Константин Мишустин рассказывал «РГ», как начинается работа с подбитой техникой.

Риск при этом большой: над полем боя постоянно висят беспилотники, а подбитая машина, по словам комбата, может оказаться приманкой — при попытке подойти к ней сразу начинается обстрел. Однажды бойцы батальона вытаскивали реактивную систему БМ-21 «Град»: их обнаружили и обстреляли, но машину утащили, полностью восстановили, и она вернулась в строй. Бойцы батальона даже создали общий фонд и ежемесячно скидываются на оборудование и расходные материалы: иногда проще купить деталь, чем ждать, когда её привезут.

Оружейник в такой системе — последний человек, который держит оружие в руках перед тем, как оно уходит к бойцу. От него зависит, насколько оружию можно доверять. Сергей Пархоменко когда-то начинал со старого отцовского мотоцикла, «Сахалинец» — с ремонта машин в мирной жизни. Ремесло у обоих одно и то же: понять, почему механизм перестал работать, и сделать так, чтобы он работал снова.